Это простой принцип, но очень работающий. Организм и ум привыкают к тому, что вы пишете при любых обстоятельствах.
По себе знаю. Если не сел писать — найду тысячи вещей, которые отвлекут меня и заберут всё время.

Например, Энн Ламотт говорит о том, что такой ритуал приучит подсознание включаться в творческую деятельность.

«Садитесь за стол в 9 часов утра, или в 7 вечера, или в 2 часа ночи — когда вам больше нравится. Первый час вы наверняка просто будете смотреть на белый лист бумаги или экран компьютера, как идиот. Потом вы начнёте качаться из стороны в сторону. Потом вам захочется поковыряться в носу — не стоит этого избегать. Вы начнёте хрустеть пальцами, потягиваться, гладить кошку, грызть ногти или кусать губу. И лишь потом вы, возможно, сможете начать писать. Дотерпите до этого момента.»

Это время может меняться.
Например у меня раньше это было утро.
Потом родилась дочь, которая всегда вставала раньше меня. И утренние тексты закончились. Теперь это стала ночь.
Что ж, мне важно писать, а когда — это второй вопрос.

А вот пример Харуки Мураками.
Когда Мураками берется за роман, он встает в четыре часа утра и пишет пять, шесть часов подряд. Во второй половине дня он бегает или плавает или делает и то и другое; ходит по магазинам; читает и слушает музыку; в девять вечера его ждет постель.

«Я придерживаюсь такого режима изо дня в день, без отклонений, – сказал он в 2004 г. в интервью Paris Review. – Повтор сам по себе важен, он гипнотизирует и вводит в транс. Я погружаю себя в транс, чтобы достичь более глубоких слоев сознания».

Мураками убедился, что поддержание режима на протяжении всего времени, необходимого для создания книги, требует чего-то большего, нежели только дисциплина ума: «Нужна не только изощренность художника, но и физическая крепость».